Дозоры

Бывших дозорных не существует.Даже в Сумраке – вечной обители ушедших Иных. Там, где размываются границы Тьмы и Света. Там, где нет игр Дозоров, но нет и покоя. Там, на нижних слоях реальности, нашли последнее пристанище те, кого…

Равновесие Света и Тьмы нарушено. В городе появилась третья сила, чьи возможности лежат за пределами сил, доступных Иным.Новоиспеченный сотрудник Ночного Дозора Алексей Романов становится главной фигурой в игре могущественных магов. Ему предстоит разобраться в хитросплетении чужих интриг,…

Свет и Тьма — игрушки в его руках. Способности — запредельны для Великих. А ещё он — беспомощный ребенок-аутист. Не нужный никому, опасный для Инквизиции, преследуемый тварями Сумрака. Единственная надежда — педагог Дмитрий Дреер и его невольные…

Века назад два противоборствующих кланов заключили мирный договор – посреди битвы Гесер и Завулон смогли договориться. Соблюдение договоренности залог спокойствия во всем цивилизованном мире, но внезапно произошло грубейшее нарушение. Этот случай может служить началом большой войны и…

Данная книга представляет собой вторую часть Дозоров. Противостояние Светлых и Темных продолжается, но так ли все однозначно?В этот раз во главу романа ставится любовь, которая выходит за рамки обычного мирского чувства и вмешивается в «шахматную партию» сильных…

Дневной Дозор Киева разгромлен Ночным Дозором с молчаливого согласия Инквизиции и закрыт. Его руководитель бесследно исчез. Сильные маги разъехались. Николаевского мага Шведа по приказу Инквизиции присылают наладить работу Дневного Дозора, тем более что в Киеве происходят необъяснимые…

Для потерявшего семью мага-перевертыша по прозвищу Волк ссылка в далекий Саранск вдруг оборачивается возможностью, которой он ждал десять лет. Когда долг Дозорного и месть идут бок о бок, даже самый страшный враг по зубам. Охота за древним…

Артефакт, созданный во время Великой битвы Света и Тьмы, – несовершенный, дикий… и такой желанный! Долгие годы Иные пытались найти владельца «дикого артефакта», но хитрый маг всякий раз ускользал от погони. А потом – века забвения, пока…